Во второй половине дня во Дворце Культуры начальник Технического управления министерства рассказывал о поездке в Канаду. В переднем ряду сидел лысый, седой, плотный человек - начальник нашего Главка Дроздов Владимир Васильевич.

Ничего общего с тем Дроздовым, которого я знал по Орску в 1939 году. Даже странно, как сильно может измениться человек. Тогда это был маленький, бритоголовый, энергичный зам начальника ОКСа комбината. Почему-то он мне помнился блондинистым. А сейчас передо мной сидел седоватый брюнет: синеющие пряди чёрных волос в окружении серебряной белизны. Нос с драматической горбинкой. Другой человек.

  

Боже мой! О чём только я ни пишу, а о главном - ни слова!

Каждый день, каждую минуту живу невысказанным.

Как она? Где она? Почему от неё ничего нет? Она же знает, что я здесь. Знает. Обиделась и уехала устраиваться на рыболовецкий флот? Ждёт письма от меня? Проверяет мои чувства? Но если у неё есть силы не писать, то, может быть, я прав насчёт её чувства - нет его.

Хотя и я не пишу. Но я страдаю.

Вот и квартиру дают, и ордер на днях получу, а ничего меня не радует.

  

Вечером долго сидел, составляя список строящихся объектов и распределение их по кураторам. До сих пор в ОКСе такого списка не существовало, полагались на память.

  

К 9-ти часам вечера передо мной лежал список на двух листах.